Санкции Запада изменили парадигму развития отечественной экономики

Частичный разрыв международных связей и введение санкций против России разделили на "до" и "после" не только взаимоотношения нашей страны с коллективным Западом, но и саму парадигму развития отечественной экономики. При этом она показала удивительную устойчивость. За счет чего? На вопросы "РГ" отвечает Максим Максимов, кандидат технических наук, доцент кафедры корпоративного управления и инноватики РЭУ имени Г. Плеханова.

Максим Максимов: Сегодня уже практически каждому эксперту, имеющему отношение к экономике, понятно, что откат к досанкционному режиму взаимодействия с нашими бывшими партнерами крайне маловероятен. На этом фоне становится очевидным тот факт, что модель "глобального сотрудничества", столь настойчиво продвигавшаяся ранее, не может более считаться сколь-нибудь пригодной для реализации. Более того, длительное следование ей поставило Россию в непростое положение после обрушения привычных связей. Выяснилось, что зависимость национальной экономики от внешних поставок по некоторым отраслям превышала 35-50 процентов. В частности, согласно аналитике Банка России, лидерами по доле прямого импорта являлись: автомобильная промышленность, электроника, фармацевтика, ИТ и телекоммуникации, авиастроение. При этом во многих других отраслях сложилась критическая зависимость от технологий и уникального оборудования, которое поставлялось исключительно из стран, участвующих в антироссийских санкциях.

И все-таки катастрофы не случилось. Что этому поспособствовало?

Максим Максимов: Первым делом следует отдать должное президенту и правительству РФ, которые смогли в кратчайшие сроки принять верные решения по ряду системных вопросов. Вспомним принятие программы по замещению импортной продукции и обеспечению устойчивости ключевых отраслей народного хозяйства. В триггерные задачи здесь входят: способность недопущения внешней агрессии, гарантия продовольственной безопасности и обеспеченность водными ресурсами, энергетическая самодостаточность, наличие социальных гарантий населению, стабильность национальной финансовой системы, поддержание необходимого уровня внутреннего спроса, логистическая связность регионов.

Наиболее сложно обеспечить устойчивость финансовых институтов и уровень внутреннего спроса. Финансовую устойчивость удалось реализовать, несмотря на шоковые эффекты от заморозки более чем 300 миллиардов долларов валютных резервов России на счетах в недружественных странах.

Внутренний спрос после просадки на 3-3,5 процента в первых трех кварталах 2022 года уже практически отыграл позиции благодаря программам поддержки реального сектора. Если насыщение последнего ликвидностью и технологиями продолжится в необходимом для импортозамещения масштабе, можно ожидать роста потребления в значениях не менее 4,2-5 процента по итогам 2023 года.

По ресурсной базе наша страна имеет существенные резервы, а вот технологическая составляющая целого ряда отраслей значительно зависит от поставок с Запада. Учитывая этот факт, были приняты меры по выходу на полное замещение технологических решений и элементной базы, поставляемых из недружественных стран.

Как чувствуют себя в нынешних условиях высокотехнологичные отрасли? Например, скептики предрекали крах отечественной ИТ-сферы. Но, несмотря на мрачные прогнозы, этого не произошло.

Максим Максимов: Сегодня здесь идет успешное замещение иностранного программного обеспечения и платформенных решений. Например, уход лидера в разработке и интеграции ERP-систем - немецкой компании SAP - был оперативно парирован появлением решений на базе систем 1С, "Парус", "Мираполис". Костяк разработчиков и аналитиков российского отделения SAP был оперативно "перехвачен" структурами Сбера. Они планируют разработку продукта следующего поколения, полностью локализованного в России и имеющего необходимый функционал для работы в любой стране. На импортозамещение в индустрии ИТ выделено более 300 миллиардов рублей. Однако деньги решают не все.

Основная проблема локализации ИТ-решений в России состоит в том, что они нужны уже сегодня, а их обкатка и тестирование требует больших временных затрат. Доказано, что форсирование запуска ПО несет в себе достаточно большие риски сбоев и неустойчивой работы. Впрочем, проблему понимают на самом высоком уровне, интересы бизнеса и государства в данном вопросе полностью конгруэнтны, ресурсы выделены более чем серьезные, а компетенции российских программистов не вызывают сомнений в том, что поставленные задачи им по плечу.

А получается ли сохранить "микроэлектронный суверенитет"? Что надо сделать для того, чтобы его обеспечить?

Максим Максимов: До недавнего прошлого практически вся микроэлектроника, выпускаемая по топологии менее 130 нм, закупалась за рубежом, в первую очередь - на Тайване. В сегодняшних условиях стоит амбициозная задача обеспечить выпуск элементов по топологии 90 нм для основных отраслей народного хозяйства. В первую очередь - автомобиле- и самолетостроения, ВПК, энергетики, АПК.

По оценкам профильных экспертов, мощности по производству микрочипов в России используются не более чем на 40 процентов. Выпускать собственную микроэлектронику - крайне затратно. Даже поддержание мощностей в рабочем состоянии требует существенных расходов. Имея возможность закупать чипы за рубежом, многие отечественные предприятия отрасли находились в состоянии анабиоза. Оценочно можно говорить, что увеличение загрузки имеющихся производств хотя бы вдвое позволит существенно снизить дефицит микроэлектронных компонентов, необходимых в народном хозяйстве, а по элементам топологии 130+ нм и вовсе закрыть потребности полностью. Для достижения полного суверенитета в этой отрасли требуются затраты, близкие к 1,2-1,5 триллиона рублей в течение ближайшей пятилетки.

Как идет процесс замещения импорта в фармацевтике?

Максим Максимов: Вопросы лекарственного обеспечения стали поводом для применения откровенно дискриминационных практик в отношении российских пациентов, потребляющих фармакологические препараты из недружественных стран. Государство вполне вдумчиво и последовательно реагирует на эту ситуацию. Доказательством может служить рекомендация Коллегии ЕЭК от 20.12.2022 N 47 "О перечне лекарственных препаратов и фармацевтических субстанций (активных фармацевтических субстанций) для медицинского применения", производство которых рекомендуется обеспечить в Евразийском экономическом союзе до 2024 года. В январе в Московской области состоялось открытие предприятия в формате фармацевтического кластера, который объединил девять разработчиков и производителей лекарств. В их числе компании "Биокад", "Р-Опра", "Велфарм-М" ("Брайт Вэй Индастриз"), "Генериум Некст", "Спутник Технополис", "Биоджет", "Онкотаргет", "Рада-Фарма", "Амедарт". Этот проект направлен на крупноформатный передел секторов рынка, занимаемых ранее компаниями недружественных государств. Кластер "Алабушево" способен в ближайшие два года обеспечить выпуск препаратов для лечения рассеянного склероза, хронической почечной недостаточности, болезней дыхательных путей, кардиологических заболеваний.

Импортозамещение - это не только вынужденная мера, но и новые возможности для предпринимателей. В чем они заключаются, на ваш взгляд?

Максим Максимов: Действительно, программа импортозамещения дает национальному бизнесу уникальную возможность не только обеспечить устойчивость в условиях турбулентности внешних рынков, но и расширить сферу деятельности и создать задел для развития. Показателен пример ПАО "КамАЗ". Компания из Набережных Челнов активно занимает освобождающиеся на российском авторынке ниши. На днях стало известно о планах их выхода в сегмент малотоннажных грузовиков. Разработана модель "Компас 5" грузоподъемностью до 3,5 тонны. Эта машина позволит осуществлять мобильные перевозки в городской черте. КамАЗ использует минимум импортных комплектующих. Хотя, по некоторым данным, их малотоннажные грузовики представляют собой альтер-эго китайской JAC серии N, но "Компас 5" планируется комплектовать отечественным двигателем КамАЗ-580 вместо китайского Cummins.

Из последних новостей можно выделить запуск собственного производства банкоматов. Изготовлением занимаются два предприятия: BFS и САГА. Суммарные мощности оцениваются в 40 тысяч единиц в год. Локализация производства находится на уровне 80 процентов, на банкоматах установлен российский процессор "Эльбрус 8СВ". Этот факт показывает, что отечественная промышленность способна выпускать товары с высокой добавленной стоимостью.

Замещение импорта - не сиюминутный процесс. Трансформация связана с выходом из зоны комфорта для очень большого числа субъектов экономики и болезненной перестройкой ментальности бизнеса. Однако история учит достаточно простой истине: если между комфортом и суверенитетом вы выберете комфорт, то рано или поздно придете к отсутствию и того, и другого. Печать