Израиль лишился мифа об исключительной силовой эффективности

Журналист, эксперт Центра ПРИСП Петр Скоробогатый – об очередной эскалации палестино-израильского конфликта.

Израильтянам должно быть очень обидно. Случись нападение боевиков ХАМАС в любой другой стране Запада, сочувствия жертвам было бы через край, а военная коалиция под эгидой очень оборонительного альянса НАТО наверняка нашла бы повод вторгнуться в пару арабских стран, укрывающих террористов. Но мир быстро вспомнил о подоплеке истории и раскололся в своей поддержке, а Израиль подтвердил неоднозначность ситуации, стирая в пыль многоэтажки в Газе.

Это несправедливо как минимум по отношению к жертвам чудовищного теракта 7 октября, совершенного, надо отметить, не одним экстремистом или группой, а полутора тысячами боевиков, ведомых ветхозаветной дикостью и пещерной жестокостью. Не нам, пережившим Беслан и Дубровку, забывать об ужасах терроризма и пытаться искать ему оправдание в национальных устремлениях или борьбе за самоопределение. Израиль имеет право на самооборону и на месть, имеет право найти виновных и покарать их, тем более если виновна целая организация, не скрывающая своей цели — уничтожение еврейского государства через террор и убийства мирных жителей.

Суть лишь в выборе метода для наказания и определения ответственных. Сильнейшие неизбирательные удары по городским кварталам сектора Газа выглядят не менее жестоко, чем диверсионный рейд ХАМАС по мирным кибуцам. Почему целый народ назначен искупать грехи своих радикальных собратьев, коих среди палестинцев около десятой доли процента?

Впрочем, жестокость израильского ответа может удивлять лишь тех, кто плохо знаком с многолетней историей этого конфликта. Исключительность силового подавления всегда была догмой еврейского государства, выросшего в окружении миллионов арабов вопреки естественному ходу истории. Нас всегда будут ненавидеть, рассуждали отцы-основатели Израиля, а значит, пусть боятся до оторопи, чтобы и не думали нападать или претендовать на свои прежние земли. Тем и страшен теракт ХАМАС: он лишил Израиль мифа о своей исключительной силовой эффективности, и потому Тель-Авив стремится восстановить статус-кво такими дикими методами. А все остальные даже не заикаются о нарушении Женевских конвенций.

Второй фактор — предубеждения израильтян в отношении арабского населения. Их корни уходят вглубь правого националистического проекта, который лег в основу еврейского государства, расизма и шовинизма британцев, управлявших подмандатной территорией после Первой мировой войны, и, наконец, многочисленных войн Израиля с соседями. Отсюда представления об арабах как о народе, неспособном к созданию нации, кропотливой работе, интеллектуальному труду, плодящим лишь нищету, жестокость и терроризм.

Все это в конечном счете привело к тому, что Израиль десятилетиями не давал шанса на образование полноценного палестинского государства. Отдельные уступки и соглашение в Осло, ставшее первым шагом на пути признания прав палестинцев на самоопределение, не помогали разрешению принципиальных вопросов, таких как возвращение беженцев, статус Иерусалима, проблема еврейских поселений на Западном берегу реки Иордан. Уход сектора Газа под власть ХАМАС в 2007 году был для Тель-Авива хорошим поводом свернуть дипломатию и поместить палестинцев в резервации, где невозможно ни развитие, ни экономический рост.

Можно сказать, что у палестинцев был шанс самим построить дееспособное государство. Здесь есть толика лицемерия. Никогда не имевших ни опыта построения государства, ни национальных корней палестинцев надо было за руку вести по этому непростому пути. Запад же предпочел ограничиться многомиллионными подачками, которые в итоге осели в карманах элиты и террористов.

Кажется, что окно для разрешения палестинского вопроса закрылось. С одной стороны, усугубились демографические и социальные проблемы палестинской улицы, бороться с ними сейчас слишком дорого. С другой — в мире и в помине нет того единства и целостности, какие были еще двадцать лет назад.

Древнее противостояние на Ближнем Востоке может прекратиться лишь с созданием палестинского государства. Это не только вопрос справедливости — это шанс на мирное будущее израильского народа.