Политика – монтаж аттракционов

Политконсультант, партнер Консалтингового бюро Т&М, эксперт Центра ПРИСП Антон Тимченко – об аттракционах и их значении, кинодраматургии как политтехнологии и особенностях прошедшей недели.

Прошедшая неделя отличилась практически сериальной драматургией: началась с новости о награде «Оскаром» откровенно политической картины и закончилась резонансным ордером на арест Международного уголовного суда. Рассуждать об обоснованности — художественной для первого и юридической для второго — в политтехнологическом плане едва ли перспективно. Куда как уместнее, оттолкнувшись от недельного сюжета, посмотреть на политику как на монтаж аттракционов.

В 1923 году Сергей Эйзенштейн, отец политического фильма и один из основоположников кинодраматургии, опубликовал статью «Монтаж аттракционов». Под аттракционом понимались не качели-карусели, а элемент повествования, «подвергающий зрителя чувственному или психологическому воздействию, опытно выверенному и математически рассчитанному на определенные эмоциональные потрясения воспринимающего». Иными словами, суть «монтажа аттракционов» как подхода — эмоциональное воздействие на зрителя за счет переплетения «шоковых» сцен, отвечающих тематике фильма. Метод стал классикой, а публикация — «базой» для начинающего режиссёра.

Достижения технического прогресса (у каждого есть гаджет) и массовая культура породили доминирование видеоконтента, «кинематографичность» которого кодирует то, как мы воспринимаем реальность. Проще говоря, современный человек мыслит в категориях киноповествования. И речь не только и не столько о сфере развлечений или частных дел. В современном мире любая публичная коммуникация, включая политическую, протекает на экране. Виктор Соглмонян назвал этот процесс экранификацией, а Мария Сергеева для описания политической инструментализации кино использует термин Нетфликс-политика.

Кинодраматургия как политтехнология — эффективный инструмент. Тут и выдуманный Голобородько, помогающий заполучить вполне реальное президентское кресло, и вышедший накануне мексиканских выборов «независимый» документальный фильм «Популизм в Латинской Америке» с Андресом Мануэлем Лопесом Обрадором на обложке. Нарратив фильма тем и удобен, что позволяет по-своему расставить акценты, выделить необходимые черты героя и задать желаемую интерпретационную рамку действительности.

В этом смысле вручение самой известной кинопремии политической картине это не акт признания её художественной ценности. Это «канонизация» протагониста и фиксация изложенной в фильме версии как истинной (награда ведь в номинации «лучший документальный фильм»). Как это ни странно, но и ордер Международного уголовного суда тоже носит характер драматургического акта, — стигматизация антагониста. Конфликт, «герой», «злодей» — прямо по учебнику.

Столь уютный и привычный режим PR-игнора уже много раз демонстрировал границы своей эффективности (что не интерпретируешь ты, интерпретируют за тебя). Равно как и незатейливое: «Да это всё равно ни на что не влияет и не имеет значения!». Поэтому интересно было бы посмотреть, как наши идеологи и генераторы смыслов вместо реактивного «антикриза» создадут альтернативный Нетфликс-политике монтаж аттракционов.