Вокруг российского участия в Карабахе сохраняется двусмысленность

Политолог, президент Фонда "Петербургская политика" Михаил Виноградов - об урегулировании конфликта в Нагорном Карабахе.

Вокруг российского участия в Карабахе пока сохраняется двусмысленность. Она состоит в том, достигнута ли схема урегулирования или речь идет об очередном замораживании конфликта.

Каждой из сторон требуются символические жесты, показывающие результативность (или хотя бы не бессмысленность) участия в переговорном процессе. И Москва не является исключением.

Один из крайне чувствительных вопросов – возвращение пленных и заложников. К которым очевидным образом относятся и руководство Карабаха.

Прежде всего речь идет о судьбе Рубена Варданяна. По разным причинам ни для Алиева, ни для Пашиняна его судьба не принципиальна. Для Баку внешне выигрышно продемонстрировать жесткость. Для Еревана ни к чему возвращение в политическое пространство фигуры, находящейся с Пашиняном в очевидно конкурентных отношениях.

Почему Москве могло бы быть выигрышно освобождение Варданяна и – более того – имело бы смысл сделать его судьбу одним из приоритетов на переговорах?

Участие России в карабахском урегулировании в последние два года выглядит двусмысленно и весьма размыто по результатам. Говорить об успешности миротворческой миссии было бы преувеличением. Прошлые примеры, когда Россия не проявляла особого интереса к судьбе оказавшихся под арестом своих бывших союзников и партнеров (например, экс-президента Киргизии Алмазбека Атамбаева), не повышали привлекательности Москвы как союзника на постсоветском пространстве.

Кроме того, всеми интересантами (отнюдь не только на Южном Кавказе) Варданян воспринимается как пророссийская фигура. Его номинальный выход из российского гражданства был не подчеркнутой релокацией, а способом обеспечить свободу рук в попытках политического урегулирования армяно-азербайджанского конфликта – чтобы ни одна из сторон не спекулировала участием Москвы. Не секрет, что оставался в топе влиятельных персон российского бизнеса, продолжая реализовывать на территории РФ крупные гуманитарные проекты.

Наконец, само присутствие Варданяна на политической сцене давало российской стороне дополнительные возможности для маневра. И будет давать до сих пор. В свою очередь, изоляция Варданяна сделает (как ни удивительно) правительство Пашиняна одним из выгодоприобретателей по итогам кризиса, которое настроено на жесткое подавление внутренней оппозиции во всех формах. Не факт, что такая развязка окажется психологически и политически комфортна для Москвы. Печать