Почему Армения снова выбрала Пашиняна

Если смотреть только на цифры, сенсации на парламентских выборах в Армении не произошло. Партия Никола Пашиняна «Гражданский договор» вновь заняла первое место, набрав 49,81% голосов, и сохранила возможность формировать правительство. Пророссийский блок «Сильная Армения» Самвела Карапетяна получил более 23%, в парламент также проходят силы, связанные с Робертом Кочаряном и частью старой политической элиты.

При всех "но" результаты выглядят как очередная победа действующей власти.

Почему армянское общество второй раз подряд поддерживает курс, который в Москве воспринимают как планомерное отдаление?

Россия много лет считалась главным союзником Армении, обеспечивала военное сотрудничество, помогала экономике, оставалась ключевым торговым партнёром. Конечно, для многих россиян странно, что значительная часть армянского общества поддерживает политиков, активно играющих на теме более тесных отношений с Европой и США.

Однако внутри самой Армении происходящее воспринимается иначе.

Для значительной части избирателей нынешние выборы были голосованием за поиск новой модели безопасности и развития после событий последних лет, в первую очередь - после Карабаха в 2023-м. Именно Карабах стал переломным моментом, после которого отношения между Москвой и Ереваном начали меняться даже на уровне настроений в обществе.

Да, Москва сделала и делает для Армении всё возможное, продолжает оставаться её главным партнёром. А в Армении всё чаще звучит другая оценка: если союзнические отношения существуют прежде всего ради кризисных ситуаций, то именно по результатам разрешения кризиса их и следует разбирать.

Не обязательно соглашаться с этой точкой зрения, чтобы признать её влияние на армянскую политику.

Идёт ли Армения в Европу на самом деле
С телеэкранов нередко звучит, что Армения движется к Европе под влиянием красивых обещаний и иллюзий. Однако большинство армянских политиков прекрасно понимают, что никакого вступления в Евросоюз в перспективе не предвидится. В Ереване хорошо осознают и политические ограничения, и экономические, и даже географические реалии. Сами разговоры о будущем членстве в ЕС во многом остаются декларацией и политическим сигналом, а не практическим планом на ближайшие годы.

Но после потери Карабаха значительная часть армянского общества пришла к выводу, что действующая архитектура безопасности больше не гарантирует стране защиту. На этом фоне курс Пашиняна его сторонники стали воспринимать не как романтическое стремление попасть в «европейский рай», а как попытку найти «лом» с другими «приёмами».

Это важное отличие.

По сути, Ереван действует так же, как действует любой небольшой бизнес, который слишком долго работал с одним крупным заказчиком. Даже если отношения были хорошими, наступает момент, когда появляется желание найти ещё несколько источников дохода и поддержки.

Для России подобное поведение выглядит как демонстративная нелояльность, оно, мягко говоря, не может не раздражать.

Это раздражение взаимно: армяне всё чаще говорят о давлении через энергетику, торговлю и политические механизмы. В России отвечают, что невозможно бесконечно пользоваться преимуществами союзничества и одновременно строить политическую стратегию против интересов союзника.

В итоге имеем парадокс: Россия по-прежнему остаётся крупнейшим экономическим партнёром Армении, сотни тысяч армян связаны с ней семейными, культурными и деловыми отношениями, русский язык остаётся важнейшим инструментом коммуникации, экономика двух стран переплетена значительно сильнее, чем принято признавать.

Но мы гораздо дальше друг от друга, чем были всего каких-то пять лет назад.

Ни о каком разрыве отношений нет и речи, но кризис доверия налицо.

В результате прошедших парламентских выборов большинство оказалось на стороне «многополярного» подхода. Выборы стали не столько голосованием за Пашиняна или против него, сколько своеобразным референдумом о том, каким армяне сегодня видят своё место между Россией, Европой и собственным непростым опытом последних лет.

При этом результаты оппозиции показывают, насколько значительная часть общества придерживается противоположного мнения. Более 23% голосов у пророссийского блока, заметное присутствие других оппозиционных сил в составе нового парламента - раскол внутри Армении никуда не исчез.

Телевизором - даже сотней правильных сюжетов и напоминаниями о вековой дружбе - ситуацию не исправить.

Если не этим, то чем?

Алёна Романова Печать