В стране идет генеральная уборка

Глава «ВНИИ Экология», председатель общественного совета при Минприроды России, эксперт Центра ПРИСП Александр Закондырин в эфире Радио России – о планах по улучшению экологической ситуации в 2025 году и актуальных проблемах сортировки и утилизации ТКО.

- Александр Евгеньевич, порядка 4 миллионов гектаров занимают наши российские свалки, темпы увеличения этих площадей продолжают беспокоить экологов. Возникают и новые свалки стихийные. Их больше, на самом деле, чем тех, которые исчезают. Что скажете вы?

- Давайте разберемся в официальной статистике, которая есть. У нас 1100 полигонов в России, которые официально находятся в реестре. Это организации, которые осуществляют прием подходов, это, как правило, бывшие песчаные карьеры советские, которые работают где-то лучше, где-то хуже, где-то выполняют все технологические процедуры, где-то они не выполняются. Оценочно, по данным Росприроднадзора, всего существует 22 тысячи различных объектов, закрытых, незакрытых, где-то это большие свалки, где-то небольшие, где-то навалы, но это попало в поле зрения государства. Можем смотреть с точки зрения площади. Действительно, площадь свалок, если брать в абсолютных величинах, большая. Давайте посмотрим в динамике, что произошло за последние пять лет. Началась мусорная реформа, такой рубикон был в 2017-2018 году, от этих цифр, как говорится, дальше формируем госполитику.

Государство предприняло большие действия, большие мероприятия, потратило большие деньги для того, чтобы качественно переломить ситуацию с мусором. Будет раздельный сбор отходов, строительство мусоросортировочных комплексов, мусоропереработки, рекультивация свалок. Это – о том, о чем вы говорите.

Есть специальный проект «Чистая страна», где была отобрана 191 свалка, которая непосредственно находилась на землях населенных пунктов, то есть в непосредственной близости от жилья, от социально-бытовой инфраструктуры, школ, поликлиник, детских садов, то есть, где непосредственно живут люди. Эта проблема наиболее опасных объектов на момент 2024 года в целом решена. Где-то есть какие-то вопросы к качеству производства работ, где-то, может быть, не до конца что-то сделали, а где-то сделали отлично, изменили ситуацию. Сейчас происходит процедура формирования новой программы «Генерального уборка», которая будет идти до 2030 года, где этих объектов уже порядка 2000. Это не значит, что эти 2000 объектов мы сейчас будем рекрутировать одномоментно. Но это поэтапный системный процесс по тем объектам, которые представляют угрозу для жизни, здоровья граждан, находятся непосредственно поблизости от жилья, но уже не на территории населенных пунктов - это может быть лесная полоса, может быть рядом с речкой, в разных местах. Но это системные процессы, благодаря которым мы приберемся в стране.

- Позвольте добавить, я живу недалеко от двух, так скажем, полигонов - Кучино и Некрасовка. Насчет Некрасовки знаю точно, что рекультивация завершена пару лет назад, и там вполне себе уже более-менее приемлемое место для проведения даже отдыха. Но это Москва. И все скажут, мол, тут у вас возможностей больше. Соглашусь в известной степени, но ведь нужно еще и отдать должное местным жителям, которые добивались многие годы того, чтобы ситуация стала чуть более приемлемой.

- Там были предприняты большие действия со стороны государства. Помните, было поручение президента, и выделили из бюджета Российской Федерации, а не из местного бюджета, 4 миллиарда рублей. Кучино – да, это было прямое поручение президента на прямой линии. После этого этим занимались, потратили 4 миллиарда, привели место действительно в порядок. И таких примеров действительно много. То, что инфраструктура строится, свалки регулируют – это абсолютный факт. Ситуация качественно изменилась. Вы говорите «появляются новые свалки», может, где-то и появляются, но в целом динамика другая. Мы прибираемся в стране. В динамике, если посмотреть за последние пять лет, мы сделали действительно много, сделали качественный скачок в позитивном направлении. Еще надо очень четко определиться, полигоны в чьих руках находятся? В значительной степени – в частных руках. То есть коммерсанты на протяжении десятков лет получали деньги за прием отходов, где-то содержали лучше, где-то содержали хуже территорию. О переполненных полигонах мы много могли бы говорить.

- Да-да, о переполненных полигонах. О тех машинах, которые сбрасывают мусор, не доезжая до полигонов и так далее, тоже знаем. Давайте сейчас с вами обозначим вот еще какой нюанс. Мы знаем примерно плюс-минус, какое количество отходов мы продуцируем каждый год - 400-500 килограммов с человека. Есть ли способы вменяемым образом как-то минимизировать это количество, до каких-то более приятных цифр?

- Вы говорите про твердые коммунальные отходы? Потому что есть еще другие виды отходов, медицинские, промышленные и так далее, очень много разных видов. Если говорить про коммунальный отход, то это порядка 60 миллионов тонн в год. Предпринимаются меры в рамках государственной политики по сокращению объема их образования. Все понимают, что проще меньше образовывать, больше перерабатывать, чем везти на свалки, а потом рекультивировать их за государственный счет. Так просто умнее. Поэтому здесь первый вопрос, который есть – сокращение объема образования. Первая проблема связана с упаковкой, которой стало, как я понимаю, сильно больше, у нас теперь все упаковывается. С одной стороны, это характерно с точки санитарно-эпидемиологической ситуации, мы сильно сократили, как говорится, возможности каких-то заболеваний в этой части. С другой стороны, мы создали себе проблему упаковки, мер потребления. Поэтому совершенно очевидно, что мероприятие, связанное с вовлечением во вторичный оборот, переработкой – это то, что нам действительно нужно. Задача – сократить такой объем к 30-му году на 50%, а 50% сортировать.

Когда мы начинали всю эту реформу, у нас объем сортировки даже в крупных городах был 5-7%, а сейчас в Москве 25%, и во многих крупных городах уже около 20%. Это уже сейчас произошло. И дай бог в 30-м году выйдем на цифру 50% сокращения объема образования. Это за счет как раз первичной сортировки, переработки, качественной утилизации, чтобы это не ехало на полигон. Поэтому говорить о том, что ничего в этом плане не сделано, есть какая-то негативная динамика, не следует, это точно не так. Есть отдельные недостатки у конкретных собственников каких-то объектов, либо организация чего-то стихийного, незаконного, но в целом тренд совершенно другой. Мы стали сильнее, более цивилизованными. Это абсолютно так.
Печать