Мировой энергетический кризис носит виртуальный, а не реальный характер

Экономический обозреватель журнала «Монокль», ведущий канала «Графономика», эксперт Центра ПРИСП Евгений Огородников - о последствиях блокады Ормузского пролива для мировой энергетики.

Блокада Ормуза продолжается уже больше 50 дней, но мировой энергетический кризис носит скорее виртуальный, а не реальный характер. Людей больше пугают громкие и панические заявления политиков, нежели фактический дефицит ГСМ на заправках, ужасающие цены на литр бензина или резко подорожавшие товары на полках магазинов.

Диаграмма легко объясняет, почему так. Мировые коммерческие запасы нефти гигантские: на судах и нефтебазах хранится порядка 7,8 млрд баррелей. Это 20% от мировой годовой добычи или весь годовой объем экспорта из стран Ближнего Востока.

Говоря иначе, при нынешней (далеко не полной) блокаде Ормуза, когда на мировой рынок не поступает, по самым верхним оценкам, порядка 11 млн баррелей в сутки, уже добытой и находящейся на складах нефти хватит на пару лет покрытия нынешнего уровня выпавшего экспорта.

Другое дело, что сам дефицит распределен неравномерно среди разных стран. В «энергетическом бронепоезде» находятся США как нетто-экспортер и Китай — держатель 1,4 млрд баррелей запасов нефти. В соседнем вагоне едут японцы, с крупнейшими в Азии стратегическими (государственными, SPR) запасами сырой нефти.

А вот самые слабые позиции (наименьший размер стратегических и коммерческих запасов) — у стран Европы (в т. ч. Великобритании), Индии и Австралии. И именно там нынешний энергетический кризис уже «искрит».

Но есть и другой аспект: без этого гигантского нефтяного буфера мировая энергетика начнет сбоить. Периодически ГСМ будет не хватать то там, то тут. И, конечно, с открытием Ормуза основной целью многих компаний станет пополнение истощенных блокадой запасов. Поэтому, даже если завтра Ормуз откроют, высокие цены на нефть будут оставаться еще много месяцев. Печать