Субъекты российской экономики не требуют от ЦБ идти по пути ФРС

Экономический обозреватель журнала «Монокль», ведущий канала «Графономика», эксперт Центра ПРИСП Евгений Огородников – о статистике мировой инфляции.

Повышенная инфляция — это не сугубо российская проблема, вызванная «монетарным бешенством» российского Минфина. Причина не только в рекордном дефиците бюджета, а в комплексе немонетарных причин.

В последнюю пятилетку инфляция — проблема многих стран. Например, Венгрия, не ведущая СВО, получает нефть и газ из России как и ранее, но накопленная инфляция с 2020 года там выше, чем у рубля. При этом ставка ЦБ Венгрии — 6,5%, и регулятор не «лютует».

Другой пример — Чехия, промышленно развитая страна с хорошим климатом и развитым сельским хозяйством, не обременённая санкциями. Там инфляция за пятилетку сопоставима с российской, а текущая ставка ЦБ — 3,5%.

Польша, любимая экономистами за «экономическое чудо» сделанное на дотации всего ЕС и инвестиции из Германии. Страна не имеет параллельного импорта, дисконтов на экспорт и ускоренной индексации тарифов естественных монополий. Тем не менее, инфляция за пятилетку там близка к российской, а ставка ЦБ — 4,75%.

При этом субъекты российской экономики не требуют от российского ЦБ идти по пути ФРС или ЕЦБ, снижать ставку в «0» и срочно печатать рубли под нужды Минфина РФ. Но между 0 и 17% у ЦБ есть 68 шагов по 0,25 п.п. Если ЦБ, учитывая падающие отрасли (углепром, лесопереработку, электроэнергетику) и растущие налоги и тарифы, сделает 20–25 шагов вниз (но оставит ставку выше уровня инфляции), российская экономика не превратится в турецкую или аргентинскую. При этом доноры бюджета, крупнейшие компании страны, они же работодатели, хотя бы начнут дышать.