Иранский ответ Израилю: три сценария

Доктор политических наук, профессор Государственного университета управления Виктор Титов – о возможных сценариях иранского военного ответа Израилю на убийство Исмаила Хании. 

Итак, ирано-израильский конфликт разгорается с новой силой. Ликвидация израильскими спецслужбами лидера ХАМАС Исмаила Хании на территории Ирана стала той чудовищной геополитической пощечиной, на которую иранское руководство не может не реагировать. Собственно, большинство экспертов сходится во мнении, что атака Ирана на Израиль – вопрос предрешенный. Поэтому все рассуждения и прогнозы по поводу ирано-израильского военного противостояния переместились из плоскости «будет – не будет» к попыткам предсказать, как именно Иран будет атаковать Израиль. И, разумеется, аналитики – военные и не только – высказывают различные мнения по поводу того, насколько мощной и разрушительной будет иранский удар по еврейскому государству, и чем в этом случае ответит Израиль.

Не пытаясь анализировать сугубо военную сторону вопроса, разбирать технические детали реализации возможного (и, похоже, уже неизбежного) иранского удара по Израилю, сосредоточусь на тех политических сценариях, которые открываются перед руководством исламской республики Иран. Думаю, необходимо сразу отбросить сценарий игнорирования: сделать вид, что ничего страшного не случилось (и заодно дать понять всему миру, что Иран «всё схавает»), – на это ни Хаменеи, ни Пазешкиан, ни другие военно-политические руководители Ирана пойти явно не готовы. Поэтом, как мне представляется, иранское политическое руководство сегодня стоит перед следующей триадой базовых сценариев действий против Израиля: минималистским (симметричным), умеренно-эскалационным и форсированным.

Рассмотрим кратко каждый из этих базовых сценариев.

Первый – минималистский или симметричный сценарий – предполагает либо нанесение точечного ракетного (или с использованием БПЛА) удара по Израилю с минимальным количеством жертв среди мирного населения, либо совершение локального террористического акта на территории еврейского государства, направленного, разумеется, не против детского сада, а строго против должностных лиц или государственных учреждений. Причем второй вариант – террористический ответ - предполагает, что Ирану совершенно не обязательно брать на себя ответственность за подобное действие. Все и так сразу поймут, откуда ноги растут, и что это именно «ответка» на убийство Исмаила Хании. А официальный Тегеран в этом случае со спокойной совестью может «отзеркалить» позицию политического руководства Израиля: «не знаем» и «без комментариев». При этом для внутренней аудитории всегда можно показать «красивую» картинку произошедшего и похвастаться тем, что «мученик» Хания «отомщен».

Как понимают уважаемые читатели, именно этот, минималистский или симметричный, сценарий представляется наименее вероятным, но при этом и наименее взрывоопасным. По крайней мере, у западных союзников Израиля не будет ни малейшего вразумительного повода вмешаться, нанести ответный удар по Ирану и тем самым устроить большую войну.

Второй сценарий – умеренно-эскалационный – предполагает повторение истории 7 октября 2023 года. То есть, массированный и концентрированный, с использованием тысяч ракет и беспилотников, удар по Израилю со стороны Ливана, Сирии, Газы, а возможно, Ирака и Йемена. Очевидно, такой удар будет не однодневным, а продолжительным и аритмичным, поскольку, скорее всего, может предполагать несколько «волн» атак, как направленных против военных объектов, так и по жилым кварталам израильских городов. При этом такой сценарий может опционально включать в себя ограниченный гибридный элемент – например, хакерские атаки на цифровую инфраструктуру Израиля. Или возможность того, что иранская атака с воздуха будет комбинироваться с серией резонансных террористических актов на территории еврейского государства.

На мой взгляд, все минусы и рискогенность умеренно-эскалационного сценария очевидны и для Ирана, и для всего Ближнего Востока. Главная опасность состоит, конечно, в том, что Израиль ответит массированный ударом по территории Ирана и его союзников – и по военным целям, и по промышленным объектам, и, не исключено, по центрам принятия политических решений. И тогда моховик большой макрорегиональной войны на Ближнем Востоке будет уже очень сложно остановить.

Третий сценарий – форсированный – может предполагать масштабную «гибридную» атаку на Израиль с использованием не только полчищ террористов, массы ракет и беспилотников, но и сухопутных сил Ирана и его союзников, прежде всего, Сирии и Ливана. Такой сценарий, конечно, сейчас видится наиболее сложным и трудно реализуемым, поскольку подразумевает концентрацию крупных группировок войск, главным образом, у северной границы еврейского государства. В связи с этим разумно предположить следующее: если переброска и развертывание иранской группировки будут зафиксированы, Израиль ждать не будет, а нанесет превентивные удары по территории иранских союзников, а возможно, и самого Ирана.

Если такой сценарий форсированной эскалации, всё же, будет приведен в действие и окажется успешным в своей первой фазе, то ситуация на Ближнем Востоке станет не просто трагической, а близкой к апокалиптической. Действительно, если «гибридная» атака антиизраильской коалиции будет неожиданно эффективной, и израильское военно-политическое руководство окажется в ситуации, близкой к панике (как это, например, было в начале войны «судного дня» 1973 года), – тогда может произойти вообще всё что угодно… Не исключено, что в этом случае уже и США не смогут маневрировать, а будут вынуждены вступить в войну против Ирана. И это, кстати, еще не самый худший прогноз возможного развития событий.

В общем, будем верить, что до крайностей не дойдёт. В частности, никто из конфликтующих сторон не додумается применить оружие массового поражения. Никто из великих держав не решит вдруг, что часы судного дня показывают полночь, а значит, настал удобный момент «защитить слабого» и заодно разрубить «гордиев узел» всех глобальных противоречий. То есть, открыто и всей своей военной мощью вмешаться в ирано-израильское противостояние и тем самым превратить региональный конфликт в общемировой.

Одним словом, как всегда, будем надеяться на лучшее. Печать