Развитие сферы БПЛА у противника представляет серьёзную угрозу

Журналист Андрей Медведев - об специфике использования беспилотников в ходе СВО.

На днях была озвучена весьма внушительная цифра. Ежедневно в войска на фронт поставляется 4000 (четыре тысячи) FPV-дронов. Но, многие коллеги уже верно написали, что есть нюанс с их применением и качеством.

Дроны, которые запущены в массовое производство - это не секрет, об этом тоже писали многие коллеги - отличаются не самым высоким качеством. И до цели долетает едва ли треть. А попадает половина от тех, что долетели. Противник давно научился давить их РЭБом, а с нашей стороны есть явная нерасторопность, в сфере модернизации и адаптации изделия.

Вчера общался с офицером-штурмовиком. Его мнение дословно: "Четыре тысячи дронов в день это хорошо конечно. Но! Тут как с обычным артиллерийским снарядом и Краснополем. Сколько вагонов снарядов выпустили при штурме ....... только одному Богу и начслужбы рав известно. И сколько месяцев заняла зачистка.

Зато когда завезли всего в районе 100 краснополей, просто за три недели всех ВСУшников похоронили под завалами.

Так и тут. Есть дроны. Научились клепать массово. Ну не летит это г... в цель, ну глушат его капитально при подлете за 50-100 метров, из 10 только 1 пролетает, и тот рядом с целью. То есть из 4000 ну максимум 400 долетят и слегка ее поцарапают. Ну их клепают на частотах, которые глушатся, они известны хохлам, они не боятся их.

Ну зачем делать плохо, зато много? Тем более это процесс, который постоянно должен совершенствоваться, ну хохлы не дебилы же, они работают и модернизируют средства РЭБ. А почему мы делаем много дронов образца 2022 года, ну зачем?"

При этом, FPV дроны производимые небольшими компаниями, или как принято говорить "в гаражах", показывают совершенно иной результат. На днях дрон одного из независимых производителей поразил цель на дистанции 24 километра, при этом преодолев РЭБ противника. Однако же, мы видим, что выбирается массовость вместо качества. И удачные разработки независимых компаний просто не используются.

При этом у противника применяется совершенно иная модель производства БПЛА разных типов, и БПЛА выведены в отдельный род войск.
А небольшие компании довольно легко получают поддержку от госорганов, если они доказывают на деле, что их продукция эффективна и годится для боевого применения.

К счастью для нас, западные военные бюрократы, пока ещё плохо понимают возможности применения дронов, особенно FPV. Но, когда они окончательно сообразят и посчитают, сколько дронов можно произвести по цене одного F16, и начнут целенаправленно финансировать эту область военных разработок на Украине, нам придётся туго.

Когда полтора года назад военные ТГ каналы и военкоры писали, что развитие сферы БПЛА у противника представляет серьёзную угрозу, этому мало кто поверил.

Сейчас дроны ВСУ применяются уже, как ПВО против наших вертолётов. Впрочем, и российские FPV поднимаются на семь-девять километров, есть такие модели.

Очень не хочется, чтобы мы снова недооценили противника. И не оценили верно собственные недоработки.

Ошибаться же, как известно, можно, врать, прежде всего самим себе, не стоит. Значит, мы всё поправим в короткие сроки. Если только выберем точное направление и порядок действий, признав определённое несовершенство в текущей ситуации.