ЕДГ-2023: беспокойство плюс безразличие

Ведущий научный сотрудник Финансового университета при Правительстве РФ, эксперт Центра ПРИСП Виктор Титов – о некоторых психологических особенностях единого дня голосования 8-10 сентября 2023 года.

Как известно, каждая избирательная кампания чем-то примечательна по-своему. Ну, или не примечательна. Последнее вполне применимо к выборам различных уровней, состоявшимся почти во всех регионах России в прошедшие выходные.

На самом деле, в этот раз интриги были ровно две. И обе они лежали за пределами того, что собственно именуют «избирательным процессом» в нормальном смысле этого словосочетания. Первая – каким образом Кремль в лице политического блока АП разрулит «казус Коновалова» в Хакассии, который тянется аж с 2018-го? Вторая – сумеем ли мы избежать в ходе трехдневного голосования каких-либо эксцессов наподобие прилета дронов в избирательные участки или локальных скандалов при подсчетах голосов?

Вторая задача была решена почти на «отлично». Точнее, на «хорошо» с тремя жирными плюсами. Поскольку дрон на избирательный участок всё же прилетел – в Запорожье. И это по нашей тяжелой жизни – увы, уже никакая не сенсация, не шок-контент, а суровая, почти закономерная реальность. Да-да, именно реальность, причем уже даже не сугубо военная или политическая, а повседневная, почти бытовая…

С Коноваловым всё оказалось еще проще: его главный оппонент Сокол в итоге снялся, АП предпочла неприятный «хакасский кейс» просто проигнорировать. И все разговоры о том, что выборы главы Хакассии будут «срывать», «отменять», как-то торпедировать по указанию Кремля оказались лишь разговорами. И такое решение «не трогать Коновалова» выглядит вполне логичным, так как позволяет не привлекать лишнего внимания к ЕДГ в целом, не будоражить граждан по пустякам, наподобие выборов, и «сушить» явку дальше.

Ну, а чтобы не было совсем сухо и блекло, для этого и был придуман механизм ДЭГ. Эдакая электоральная «волшебная палочка» (помните, предшественник Памфиловой Чуров сетовал в свое время на то, что он «не волшебник»!), которое позволяет всем нам почувствовать себя не аморфно-апатичной массой, а полноценными гражданами современного «цифрового государства». Не лузерами, а вполне себе продвинутыми «юзерами», освоившими за прошедшие полтора десятка лет не только «одноклассников» с «вордами», но и более сложные мобильные приложения.

И всё-таки, не смотря на блеклость и тусклость всего происходящего, у выборов-2023 были некоторые психологические особенности. На мой, предельно субъективный, не основанный ни на какой там «социологии», взгляд, их было тоже всего две.

Первую – беспокойство – я ощутил на себе, когда пришел голосовать на свой участок в Подмосковье. Он, этот самый участок (расположенный, если что, на территории сборного пункта военкомата), был наглухо закрыт… Но, к счастью для избирателей, на двери висела надпись, что стучать в нее, эту самую дверь, не надо… Надо просто кнопку нажать, и дверь в мир электорального счастья вам непременно откроется. Собственно, это я и сделал, после чего росгвардеец поинтересовался у меня, куда я, и нет ли при мне чего «запрещенного-колюще-режущего». Я честно ответил, что оного при себе не имеется. Он строго переспросил «точно?». Получив мой утвердительный ответ, он сказал что-то вроде «идти направо». Дальше было уж совсем не интересно. Большой, почти пустой зал, пара дам постбальзаковского возраста с бюллетенями у кабинок, грустные лица членов УИК. В общем, всё почти как всегда в последние годы.

Но беспокойство чувствовалось. И не только у росгвардейца, который заподозрил во мне дебошира-провокатора. Чувствовалось оно и у официальных «экспертов федерального уровня», которые говорили, что ВСУ-ГУР и примкнувший к ним «коллективный Запад» готовит нам какие-то пакости и неприятности аккурат под ЕДГ, чтобы помешать свободному волеизъявлению российского народа. И у госпожи Памфиловой, которая, как выяснилось, героически отражала десятки тысяч массированных хакерских атак в эти дни…

В общем, было не то, чтобы уж как-то действительно напряженно и в воздухе «пахло керосином», а просто дискомфортно, беспокойно…

Вторую – безразличие – я тоже в полной мере ощутил на себе. Сначала, когда пообщался с росгвардейцем, который тихо-мирно себе сидел без всякого политического ажиотажа, а «неравнодушный избиратель» в моём лице его потревожил. Потом эхо безразличия витало в электоральном воздухе, когда я вошел в этот самый пустой зал, где сидели скучающие члены УИК, и бродили всё те же три одиноких, «неприкаянных» избирателя (и я в их числе).

Безразличие – причем вполне себе «социологическое» – я ощутил и второй раз, уже утром в понедельник. В тот момент, когда узнал, что 80 процентов москвичей «проголосовали» на выборах мэра «дистанционно»…

Что еще тут сказать? Такие вот выборы, господа… Печать