Президент будет защищать россиян от решений международных структур

Политолог Борис Межуев для Telegram-канала НЕЗЫГАРЬ *(16.08.2024 г. Министерство юстиции РФ внесло в реестр иностранных агентов) – о поправках, наделяющих президента РФ полномочиями по защите граждан России в случае принятия иностранными или международными органами решений, противоречащих российскому законодательству.

Судя по внесенным на рассмотрение Государственной думы РФ поправкам в законодательство, наделяющим президента России полномочиями по защите граждан от преследования со стороны международных и иностранных судов, члены нижней палаты парламента и представители исполнительной власти реально опасаются того, что в России может возникнуть некое прозападное лобби, готовое сотрудничать с данными органами. Назовем это лобби «коллективным Зораном Джинджичем», по имени печально известного мэра Белграда, выдавшего Гаагскому трибуналу (Международному трибуналу по бывшей Югославии) экс-президента Югославии Слободана Милошевича.

Понятно, что в настоящий момент вариант Джинджича невозможен, но никто не может поручиться за то, что «русский Джинджич» не появится в ситуации кризиса. Однако соответствующими поправками в Уголовный кодекс РФ призывы внутри России к исполнению разного решений разного рода трибуналов станут также считаться преступлением, караемым по всей строгости закона.

Очевидно, что не потребует теперь большого времени процедура отказа от рассмотрения дел, связанных с теми или иными решениями иностранных судов в отношении российских граждан. Отказы будут выноситься исполнительной, а не судебной властью, и их рассмотрение не займет много времени.

В целом, поправки вполне предсказуемы, и они отражают общую - полувоенную - ситуацию в отношениях с Западом, которая едва ли изменится в лучшую сторону в ближайшие годы. В принципе, в политике действительно любые действия, как правило, предвосхищаются соответствующими призывами к их исполнению, если призывы исполнить решение международного трибунала не будут звучать в России, шанс на их осуществление в случае политической катастрофы чуть снизится, хотя и не обнулится совершенно.