Русский больше не нужен: решения, принятые от бессилия

Этот год, возможно, станет последним, когда ЕГЭ по русскому языку обязателен для всех. С 2024 баллы по русскому языку станут ненужными для многих абитуриентов, поскольку при поступлении на технические специальности не будут учитываться. Поводом для такого решения стало то, что очень многие абитуриенты-«технари» не справляются с экзаменом, который не является для них профильным в вузе.

Это удар по концепции государственных скреп на фундаментальном уровне, считает педагог, кандидат филологических наук, эксперт Центра ПРИСП Ольга Ежкова. 

В ЕГЭ практически по всем предметам, в том числе и в русском языке, резко повышен уровень сложности заданий при сохранении общей структуры и типа заданий, что естественным образом снижает получаемые баллы и оценки. Непосильная сложность экзаменационного уровня порождает желание отменить и экзамен, и сам предмет. Фактически, такие предложения рождаются от желания спасти детей от экзаменационного провала, на который их обрекают.

Конечно, разумно не отменять, а гармонизировать. И не только в рамках одного предмета. Обязательный экзамен по государственному языку предполагает, что дальнейшее обучение и профессиональную деятельность будущий студент и специалист будет осуществлять именно на этом языке, знание которого необходимо. Вариант перспективного развития событий с помощью снижения проходного балла по русскому языку или вообще его отмены – это удар по концепции государственных скреп на фундаментальном уровне.

Но это реакция на результат усложнения экзаменационного материала, с которым выпускник школы справиться реально не может, и не только «технарь». И это проблема, которую мы своими руками создали, сами ее породили, а теперь вообще давайте «убьем» основной предмет. Надо не отменять русский язык для «технарей», а снижать общую планку сложности экзаменационные материалов. Так же тихо и спокойно, как ее поднимали. А поднимали ее без обсуждения как в широкой общественности, так и в узких кругах специалистов – методистов и практиков.

Данная проблема порождена тем, что актуальные для всей страны решения принимаются людьми, имеющими широкие полномочия, но не могущими предполагать возможные последствия этих решений. А причина в том, что эти решения принимает менеджер от образования, который не имеет практического педагогического опыта, а иногда и самого педагогического образования – профессиональный руководитель, который никогда ничего никому не преподавал. Реальных грамотных специалистов в Министерства просвещения и образования, Рособрназдор, ФИПИ и другие руководящие и контролирующие организации не берут, а тех, что там были, уже давно сократили, отправили на пенсию, выжали разными способами. Иными словами, профессиональные современные руководители – это специалисты в руководстве, а не в преподавании, обучении и воспитании. Уж не знаю, как в других сферах деятельности – производстве, строительстве, машиностроении и так далее, – а в образовании это именно так.

Принимают решения те, кто не знает реальной работы «от земли» – получаются «кривые» результаты. А дальше обсуждайте отмену экзамена, который сдать невозможно, отмену предмета, раз объем требований осилить невозможно...

Это все равно, как если бы солдат в принципе не мог бы никогда стать генералом, а генерал ни на одном этапе своей карьеры не рыл бы окопы, не бегал бы кроссы, не стрелял бы, не летал бы, не плавал бы, а занимался, к примеру, страхованием или продажей мебели, а потом – в генералы!

Налицо торжествующий грибоедовский принцип: Молчалины доходят «до степеней известных», получают «крестишки и местечки», «блаженствуют на свете», а мы потом руки заламываем: что делать? может быть, все отменить?

Не исключено, что очередное решение будет входить в концептуальное противоречие с другими определяющими нашу жизнь и жизнь наших детей решениями. И от специалистов, еще каким-то чудом уцелевшим в системе на самых низовых позициях, «в поле», категорически потребуют исполнения всех противоречащих друг другу решений и сурово накажут за неизбежные провалы и неудачи. Печать