Большие проблемы малых городов: между строк у Воскресенского

«Российская газета» опубликовала статью губернатора Ивановской области Станислава Воскресенского о малых городах России. Глава региона не только осветил актуальную для них проблематику, но и предложил комплекс мер по преодолению кризисных тенденций.

Инициативы ивановского губернатора с учетом их социально-экономической подоплеки прокомментировал политолог, эксперт Центра ПРИСП Николай Пономарев.

Поднимая на щит идею «перезапуска» малых городов, Станислав Воскресенский возвращает российский истеблишмент к давно назревшей проблеме: концепция «мегаполисов – драйверов роста» не работает от слова «совсем». Крупные города не превращаются в «центры развития» для сопредельных территорий. Они, скорее, играют роль «ресурсных пылесосов». Малые города выступают для мегаполисов в качестве источника дешевой рабочей силы и молодых специалистов с высшим образованием, на первых порах готовых трудиться в режиме «за еду и угол». При этом элиты в целом не особенно интересуются судьбой малых городов. Как справедливо отметил политолог Михаил Виноградов, в малых городах чаще видят не скрепу, а географический казус – мол, сколько десятилетий (если не столетий) их игнорируют – а они все еще существуют.

Кому-то нужны конкретные цифры? Хорошо, возьмем лишь городские поселения с численностью населения менее 50 тыс. человек, в которых проживает десятая часть всех россиян. Только за период 2010 – 2021 г.г. численность их жителей сократилась на 795 тыс. человек (или на 4,7%). Что это означает для многочисленных Родников и Комсомольсков?

Миграция в Москву, Петербург и иные миллионники медленно, но верно сокращает объем платежеспособного спроса в малых городах, закономерно снижая их привлекательность для бизнеса. Даже вахтовики немалую часть своего заработка оставляют в карманах московских (питерских и далее по списку) бизнесменов: есть и пить все-таки хочется каждый день. Для той же Ивановской области широкие масштабы вахтовой занятости также успели стать значимой социальной проблемой. Родители-«отходники» зачастую месяцами не видят ни супругов, ни детей, что не лучшим образом отражается и на прочности брака, и на воспитании отпрысков.

Переезд в крупные города также рушит межпоколенческие и дружеские связи, обнуляя социальный капитал молодого человека. Что закономерно сказывается и на положении самого внутреннего мигранта, и на благополучии его оставшихся на малой родине родителей.

При этом перебравшиеся в мегаполис либо административный центр региона мигранты неизбежно сталкиваются с одной и той же проблемой: от трети до половины дохода большинство из них вынуждены выделять на аренду жилья или оплату ипотеки, что не лучшим образом отражается на качестве жизни, социальном самочувствии и планах обзавестись наследниками.

Однако текущие тренды развития экономики и текущая политика пространственного развития неумолимо выталкивают жителей малых городов за пределы малой родины. Высококвалифицированным специалистам (за исключением работающих дистанционно айтишников) в малых городах в принципе делать нечего. Автор этих строк после получения степени кандидата наук имел в дорогой его сердцу Кинешме следующие перспективы: либо идти работать в школу (полная ставка – 15 тысяч, только кто же тебе ее даст), либо примерить форму охранника и отправиться на вахту в Москву. При этом, отмечу, даже мои друзья-охранники признавали, что второй карьерный трек будет откровенно абсурдным. И потому лично передо мной вопрос о смене места жительства не стоял в принципе. Все было решено изначально с первых ударов похоронного колокола по истфаку ИвГУ. Чисто для понимания ситуации: одна из бывших сотрудниц моей alma mater, свободно владея древнегреческим и латынью, ныне вынуждена продавать газеты в киоске.

Вымывание молодежи и отъезд образованных кадров усугубляют другую проблему. Низкий уровень качества жизни и широкие масштабы распространения «потогонного режима труда» в малых городах также способствует маргинализации оставшегося населения. Я лично знал водителей автобусов, которые могли провести за рулем неделю подряд, работая с 6 утра до 9 вечера ежедневно. Условия жизни вполне ожидаемо загоняют жителей уездных центров в состояние перманентного стресса, выход из которого многие ищут в самом доступном источнике – на дне бутылки. Здесь работает знаменитый некрасовский принцип: «В деревне Босове Яким Нагой живет, он до смерти работает, до полусмерти пьет». И это приводит в том числе к уродливому искажению местных консервативных ценностей. Если вы мужчина и носите длинные волосы, то будьте готовы к тому, что за пределами Иваново вам придется регулярно с кулаками отстаивать свою жизнь, честь и здоровье. А если вы, независимо от пола, предпочитаете ходить по улице с пирсингом и цветными волосами, то лучше не появляйтесь в Вичуге, кинешемском Луговом или на ивановской Сортировке. Есть куда более безболезненные способы гарантировано расстаться с жизнью. И эта особенность местных нравов в немалой степени способствует тому, что поколение «ТикТока» и «Нетфликс» при первой же возможности переезжает в более крупные города.

Ныне действующая модель пространственного развития России не просто ставит крест на будущем малых городов. Она неизбежно влечет за собой усугубление проблем и без того перенаселенных мегаполисов, дестабилизирует институт семьи, душит рост платежеспособного спроса и убивает питательную среду для бизнеса. Более того, она косвенно приводит к уродливым трансформациям тех самых традиционных ценностей, о продвижении которых так печется истеблишмент.

Автор этих строк, признаюсь честно, не разделяет многие взгляды Станислава Воскресенского на политику, экономику, религию и историю. Местами наши мнения кардинально противоположны. Но, как бывший житель Ивановской области, не могу не выразить ему признательность за то, что бюджетные средства наконец пошли не только на развитие Иваново и Шуи. Во время «долгого губернаторства» Михаила Меня лично у меня периодически возникало ощущение, что главе региона в принципе неизвестно о существовании в области других городов, которые получили, наконец, второй шанс при Станиславе Воскресенском. Конечно, далеко не всегда выделяемые деньги расходуются рационально. Но здесь уже больше вопросов к местным чиновникам, ухитряющимся ставить на подотчетной территории скамейки стоимостью в миллион рублей.