Президентские выборы без выбора в Молдавии

Член Совета Ассоциации российских дипломатов, доктор политических наук, профессор кафедры зарубежного регионоведения и внешней политики РГГУ Владимир Пряхин – о том, почему Майя Санду отвергла возможность участия приднестровцев в референдуме по членству страны в ЕС.

20 октября в Молдавии пройдут выборы президента республики. Одновременно будет проведен референдум относительно вступления страны в Европейский союз. Гражданам предстоит сделать серьезный выбор относительно исторических судеб своей Родины. Впрочем, выбором это назвать сложно, так как альтернативы действующему президенту, прорумынской Майе Санду нет. Альтернативные оппозиционные партии от реального участия в выборах и референдуме отодвинуты. Все, что может сделать не согласный с нынешней политикой администрации избиратель, – бойкотировать псевдовыборы, исход которых практически предрешен.

При этом возникает вопрос: а как быть с мятежным Приднестровьем? Приднестровская Молдавская Республика существует с 1992 года, и власти в Кишиневе - и правые при Санду, и левые при президенте Воронине - в течение всего этого времени не признавали ПМР в качестве суверенного государства, а лидеров самопровозглашённой республики считали сепаратистами. Согласно этой логике, жители левого берега Днестра как граждане Республики Молдова имеют полное право принять участие и в выборах её президента и тем более в общенациональном референдуме по такому судьбоносному вопросу, как членство Молдавии в Европейском союзе.
В этих условиях МИД самопровозглашённой республики предпринял правильный тактический ход, обратившись к Кишинёву с предложением об участии граждан ПМР в референдуме по данному вопросу. Казалось бы, в Кишинёве должны были бы приветствовать эту инициативу, так как её реализация подтверждала бы политическую и историческую принадлежность Приднестровья - или как говорят на правом берегу - Заднестровья к Молдавии.

Заметим на полях, что это совершенно не так. В действительности территория нынешней ПМР никогда не входила ни в состав Молдавского княжества при Кантемире, ни в румынскую провинцию Молдову, ни даже в историческую Бессарабию, отторгнутую в 1918 году королевской Румынией от России. Но в 20-е годы прошлого века советские военачальники Михаил Васильевич Фрунзе и Григорий Иванович Котовский - по своим этническим корням уроженцы российской Бессарабии, настояли на учреждении в составе Советской Украины Молдавской автономной советской социалистической Республики со столицей сначала в Юзефграде (Балте), а потом в Тирасполе.

При этом имелось в виду, что узкая прибрежная полоска земли вдоль Днестра станет плацдармом для последующего восстановления общесоюзной юрисдикцией над всей Молдовой, входившей тогда в королевскую Румынию под названием. Бессарабии. Заметим при этом, что СССР никогда не признавал аннексию Румынией Бессарабии, а линию разграничения по реке Днестр считал не государственной границей между двумя странами, а демаркационной линией.

Красные командиры Фрунзе и Котовский ушли в мир иной при до конца так и не выясненных обстоятельствах. Но их идея была воплощена в жизнь летом 1940 года, когда Красная Армия перешла Днестр, и на территории Бессарабии была учреждена Молдавская Советская Социалистическая Республика со столицей в Кишинёве. В эту союзную республику была включена и отторгнутая от Советской Украины Молдавская Автономная Советская Социалистическая Республика.

Дело это давнее, и сейчас вряд ли кто вспомнит о том, что для того, чтобы компенсировать Киеву эту территориальную потерю, значительная часть Южной Бессарабии одновременно была передана в состав Одесской области бывшей УССР. Тем самым, кстати, в духе сталинской национальной политики, и новая Советская Молдавия была отсечена от выхода к морю, сохранив, однако 800-метровый участок побережья на берегу Дуная.

Все эти исторические детали сейчас не имели бы никакого значения, если бы не одно «маленькое» обстоятельство. Сталинский приднестровский «довесок» к территории Молдавии всегда являлся противовесом ирредентистским настроениям румынских националистов как в Кишиневе, так и в Бухаресте. А такие настроения всегда были, в том числе и в социалистической Румынии Николае Чаушеску. И им всегда противостояло интернациональное население Приднестровья (молдаване, украинцы, русские), которое со времен Петра Первого было оплотом российской государственности в стратегически важном регионе между Россией и Балканами. Для этого Екатерина Великая издала специальный указ о невозвращении беглых крепостных из региона, ставших на берегах Днестра вольными казаками. Их селение на крайнем юге ПМР до сих пор носит историческое название Незавертайловки. Здесь одерживали свои победы чудо-богатыри Суворова, здесь была создана цепь крепостей, обеспечивавших безопасность наших южных рубежей, а на банкнотах самопровозглашённой ПМР напечатаны портреты Александра Васильевича Суворова.

Подавляющее большинство жителей региона не поддерживают идею евроинтеграции, а парламент республики неоднократно обращался к Федеральному собранию России с просьбой о принятии ПМР в состав Российской Федерации. Видимо поэтому, на Западе самопровозглашённой республике присвоили кличку «маленькой РСФСР», а в Кишиневе молдаван Приднестровья воспринимают не иначе как сепаратистов.

Впрочем, и на Правобережье - в Кишиневе, Бельцах, Оргееве и других городах и весях Республики Молдова - проживает не так уж мало русскоязычных и не только русскоязычных граждан, которым совсем не улыбается членство Республики в Евросоюзе. И не только потому, что они не хотят диктата Брюсселя над своей страной. Тут необходимо приподнять завесу над главной энигмой предстоящих в воскресенье выборов.

Почему Майя Санду так решительно отвергла возможность участия приднестровцев в референдуме по членству в Евросоюзе? Потому что националисты и в Кишиневе, и в Бухаресте давно поняли, что вернуть Бессарабию в состав румынского государства вместе с приднестровским «довеском» не удастся. Да он им и не нужен. Бухаресту важнее заполучить Правобережье Днестра и восстановить территориальную целостность королевской Румынии в границах до 1940 года.

В данном случае интересы Бухареста вступают в противоречие с интересами его натовских партнёров, потому что США и НАТО, со своей стороны, наплевать и на Приднестровье, и на Молдавию. Но Запад беспокоит присутствие Оперативной группы российских войск (ОГРВ) на территории Левобережья. ОГРВ дислоцирована в регионе в соответствии с миротворческим мандатом Организации по безопасности и сотрудничеству в Европе в целях поддержания мира между Право- и Левобережьем после кратковременной, но кровопролитной вспышки гражданской войны 1992 года, а также для охраны складов боеприпасов Советской Армии в районе села Колбасна на севере ПМР. Беспокоит натовских стратегов и то, что узкая полоска побережья Днестра, растянувшаяся на 700 км с севера на юг, контролирует важнейшие коммуникации между флангами НАТО в Юго-восточной Европе и Украиной. Это, конечно, повышает заинтересованность «коллективного Запада» в итогах предстоящих выборов.

В этом узле противоречий между Брюсселем, Бухарестом, Кишиневом и Киевом натовским стратегам в высшей степени безразличен народ многонациональной Молдавии на правом и на левом берегах Днестра. а самим гражданам ныне самой бедной европейской страны остается лишь ностальгировать по временам процветающей советской Молдавии, когда ее возглавлял будущий общесоюзный лидер Леонид Брежнев.

Ранее опубликовано на: https://www.ng.ru/vision/2024-10-19/100_moldova_19102024.html