Военная угроза как один из драйверов развития

Губернатор Ленинградской области Александр Дрозденко выступил на внеочередном заседании Заксобрания региона с отчетом о деятельности правительства в 2025 году. Он рассказал о главных вызовах, с которыми столкнулась Ленобласть, текущей социально-экономической ситуации, обозначил планы на текущий год и ближайшее десятилетие.

Ведущий аналитик Агентства политических и экономических коммуникаций, эксперт Центра ПРИСП Алексей Громский – о том, как региону удается сохранять инвестиционную привлекательность на фоне военной угрозы.

Отчет Александра Дрозденко о работе правительства Ленинградской области в 2025 году выстраивает картину региона, живущего сразу в двух измерениях, где военная угроза не только не тормозит, но и становится одним из драйверов социально-экономического развития через производство беспилотников и систему социальной поддержки ветеранов СВО и их семей. В своем выступлении губернатор описывает область как прифронтовую территорию, над которой только за первые месяцы 2026 года сбили сотни беспилотников, при этом в качестве целей атак названы порты, промышленность и инфраструктура, а в ответ фиксируются растущие расходы на безопасность и развитие собственного производства дронов. Одновременно отчет показывает бюджет свыше 300 млрд рублей, рост инвестиций до уровня порядка 1,6 трлн рублей, снижение бедности и рост реальных доходов жителей, поэтому в одной рамке оказываются и логика зоны повышенной военной опасности, и логика опорного инвестиционного узла.

За ростом экономических показателей стоит конкретная конфигурация капитала. Внутри региона работают местные девелоперы, аграрии, транспортные и сервисные компании, которые подхватывают спрос на жилье, продовольствие и услуги в быстро растущих населенных пунктах. Над ними находится слой федеральных и квазигосударственных игроков, связанных с портами, промышленными площадками и транспортной инфраструктурой. Внешний контур задают партнеры из стран, не присоединившихся к санкциям среди которых Белоруссия, Казахстан, Китай, государства Персидского залива, а также международные структуры с российскими бенефициарами. Формально это разные источники, но по сути речь идет о крупном капитале, который ищет защищенные форматы присутствия в регионе с выгодной географией и повышенными рисками. Отсюда уязвимость: устойчивость роста зависит не только от решений региональной команды, но и от политических и экономических решений, принимаемых далеко за пределами области.

Социальная часть отчета опирается на две взаимосвязанные линии. Первая касается поддержки участников СВО и их семей и включает множество мер, рост объема выплат по сравнению с 2022 годом, кластеры медицинской и социальной реабилитации, программы обучения и запуска бизнеса, льготы и приоритеты при выделении земельных участков. Через эти реабилитационные кластеры Ленинградская область привлекает ветеранов СВО как перспективные кадры для развития территории не только из своих районов, но и из других регионов. И если многие субъекты Северо-Запада такую политику лишь декларируют, то Дрозденко вкладывает средства и политические усилия. Вторая линия направлена на семьи с детьми, пожилых, многодетных, развитие сети школ, детских садов, медицинских учреждений, дорожных проектов, внедрение земельного капитала и снижение бедности. На уровне статистики это выражается в росте средней заработной платы и реальных доходов, низкой безработице и сокращении доли населения за чертой бедности, а также в росте ввода жилья и социальной инфраструктуры.

При этом значимая часть новых возможностей, от земли под индивидуальное жилищное строительство и подсобные хозяйства до участия в кадровых программах и создания малых семейных предприятий, оказывается встроенной в контур поддержки ветеранов, что усиливает связь социальной политики с военной повесткой и закрепляет за участниками СВО особую роль в освоении территории.

Команда Дрозденко в этой конфигурации выступает как координационный центр крупного управленческого механизма. Правительство, профильные комитеты, институты развития, деловые объединения и руководители крупных предприятий действуют в связке, которая отвечает за сопровождение инвестиционных проектов, взаимодействие с федеральными структурами, решения по земле и инфраструктуре, подготовку кадров.

Личный политический вес губернатора и его способность выстраивать отношения с федеральным уровнем и бизнесом превращают область в площадку, где фронтовой статус сочетается с активной инвестиционной и промышленной повесткой, включая развитие оборонно-промышленного комплекса и связанных с ним производств. Влияние команды имеет чёткие границы, поскольку она определяет скорость прохождения решений, структуру приоритетов внутри бюджета и формат взаимодействия с инвесторами, но не влияет на внешние рамки вроде геополитики и санкционного режима.

Для жителей региона такая модель уже сейчас формирует специфическую повседневность. С одной стороны, растет доступность инфраструктуры и услуг, появляются новые школы и детские сады в активно застраиваемых территориях, реконструируются дороги, открываются поликлиники и центры помощи пожилым, фиксируется рост доходов и низкая безработица. С другой стороны, люди живут в пространстве, где регулярно звучит тема воздушной угрозы, где портовая и логистическая инфраструктура рассматривается как вероятная цель атак, а новости о мерах поддержки ветеранов и очередных сбитых беспилотниках становятся частью обычной информационной ленты. В такую картину естественно вписывается механизм освоения территории через предоставление земли и вовлечение ветеранов в малый бизнес и сельское хозяйство, что одновременно облегчает интеграцию вернувшихся с фронта и усиливает военный контур социальной политики.

Если смотреть вперед, реалистичность целей, обозначенных в отчёте до 2030 и 2035 годов, зависит от того, удастся ли выполнить несколько ключевых условий. Сюда относится интерес большого капитала к прифронтовому региону, устойчивость доходной базы бюджета в условиях повышенных расходов на безопасность и поддержку ветеранов, а также способность социальной системы продолжать снижать бедность и развивать инфраструктуру, не сводя значительную часть ресурсов к распределению через военный фильтр. На текущий момент отчет показывает, что эта конфигурация функционирует, область фиксирует рост, контролирует долговую нагрузку и расширяет социальные программы. При этом чувствительность модели к внешним решениям и дальнейшей динамике военной повестки остаётся значимой, и от того, насколько гибко команда Дрозденко сможет подстраивать существующую систему под изменения внешних условий, будет зависеть, сохранит ли Ленинградская область описанную диалектику.